Сначала кажется, будто перед нами почти анекдот из деревенской жизни: шумный праздник, щедрый стол, тосты, смех и хозяин торжества, который наконец-то дождался своего маленького, но такого важного личного успеха. Мотя Рабинович открывает дело и, кажется, вместе с ним открывает для всей Антоновки короткую дверь в надежду — в ту самую, где будущее еще можно представить добрым, а беды будто бы не существует вовсе.
Но именно в этом веселье и прячется тревожная сила истории. Она опьяняет по-русски широко, с размахом, а потом вдруг больно цепляет тонкой еврейской иронией, за которой слышится не только смех, но и горечь. Картина ловко балансирует между комедией и драмой: зритель то улыбается живым характерам и узнаваемым интонациям, то замирает, чувствуя, как над беззаботным гуляньем уже сгущается тень.
В этом сюжете особенно цепляет контраст — почти домашнее тепло, простодушная радость и ощущение надвигающейся катастрофы, о которой герои пока не догадываются. Получается пронзительное, местами неожиданно смешное и очень человеческое кино, где смех не отменяет боли, а только делает ее глубже и честнее.
Комментарии